Хозяйка_медной_горы (amazonka_urals) wrote,
Хозяйка_медной_горы
amazonka_urals

Categories:
  • Location:
  • Music:

Феминизм. Перевал (рассказ)

Написано в 1982 году. Очень феминистская вещь.

На Кольском затерялся среди гор крошечный поселок под названием Коашва. От Кировска до него несколько часов езды на вездеходе. И пятнадцать километров пешком через перевал до Юкспора, где находится база геофака.
Три месяца в году здесь полярная ночь. Нет, это не беспросветная, застывшая от мороза тьма, когда на небе нет ничего, кроме острых и мелких звезд. В полдень на вершинах гор, покрытых чахлым северным лесом, появляется малиновый отблеск солнца, само же солнце не показывается над горами, и в долинах всегда стоит сумрак, который потом быстро-быстро сменяется темнотой.
Баренцево часто посылает метели. В перерывах между двумя метелями снег на склонах гор успевает слежаться и покрыться коркой. А следующая метель покрывает склоны новым слоем рыхлого свежего снега, а потом эта рыхлая масса отрывается от старой, слежавшейся, и несется вниз по склону.
Коашвинский перевал... Стремительный спуск вниз, в узкую и глубокую долину маленькой горной речушки, а потом - крутой подъем к самому перевалу...
----------
Человек в телогрейке, с рюкзаком за плечами, спустился на лыжах в эту долину и смотрит вверх, туда, где между двумя огромными темными камнями, кое-где прикрытыми клочками малинового снега, виднеется проход. Под телогрейкой, привязанный простыней, как цыганки привязывают к себе детей, ерзает большой пушистый кот...
Тяжелый, крутой подъем, и чем выше - тем круче. Но чем круче - тем меньше снега на склонах, и человек карабкается вверх, а ползучий холодок страха остается внизу, в темной долине. От подъема становится жарко, кот в простыне постоянно сползает вниз, и его приходится придерживать рукой... Перевал... два камня как два столба ворот. Вершины гор быстро гаснут. Человек останавливается, снимает с себя телогрейку, закутывает в нее кота, не обращая внимания на бурный кошачий протест, и засовывает его в рюкзак. Потом вешает рюкзак на спину и катит вниз по лыжне, блуждающей среди гор, мимо лавиносборных воронок, где притаились лавины. Но горы постепенно расступаются, уходяь назад и в стороны, а внизу приветливо мерцает огоньками Юкспор, а лыжи сами несут вниз, к этим огонькам...
Длинный ветхий барак с темными окнами... С трудом отворив примерзшую дверь, человек входит в барак, сбрасывает с плеч рюкзак и извлекает оттуда многострадального кота.
Барак пустовал целую неделю и вода в ведрах превратилась в лед. Чмокнув кота в холодный влажный нос, человек сажает его на кровать и уходит в сарай колоть дрова. Спустя полчаса возвращается с охапкой мерзлых березовых поленьев и начинает растапливать железную печку.
А потом устраивается на стуле, напротив печки, поджав под себя ноги, и пристально наблюдает, как пламя облизывает поленья. Отблески огня высвечивают руки с кривоватыми, цепкими пальцами, покрытыми цыпками и потрескавшимися от бесконечного мытья котлов на кухне, упрямый мальчишечий подбородок и длинные, вьющиеся золотистого цвета волосы.
Постепенно комната наполняется теплом. На плите закипает чайник. Кот свернулся клубком на кровата, упрятав морду в пушистый хвост. За окном поднимается метель и под крышей барака поскрипывают балки. Кое-кто в экспедиции очень боится этих звуков, как можно бояться чего-то очень странного и необъяснимого...черта, например.
На лице у человека появляется грустноватая и в то же время чуть ироничная усмешка:
"слушай, черт! И не надоело тебе копошиться под крышей? Спускайся-ка ты сюда. Сильных мужчин, которые тебя очень сильно боятся, здесь сегодня нет. Мы с тобой попьем чайку, выкурим сигаретку , в гусарика сыгранем...И, может быть, хоть ты сумеешь ответить мне на вопрос, который я не могу решить уже семнадцать лет: в чем заключается секрет "сильного человека"? Может быть, сильные просто лишены способности чувствовать острую боль от нанесенных обид или... они умеют превозмогать ее?"
------------
Встреча Нового года была в разгаре. Вся маленькая экспедиция собралась в вагончике. В крохотной кухне пылала жаром истопленная печь. От выпитого шампанского Владьке сделалось жарко. Она вышла на кухню, прижалась лицом к окну. Метель швыряла в стекло охапки снега. В ее памяти всплыли строки, написанные ею перед отъездом в экспедицию:
Жизнь - как зебра.
Она тоже в полоску.
Белая полоска, черная полоска.
Я мотаюсь по свету,
Часто без гроша в кармане
И даже без билета,
Брожу пешком
По маленькому деревянному городу,
Курю, присев на низкий столик в сквере
И наблюдаю, как воробьи купаются в луже.
И я, наверное, сейчас похожа
На задиристого, оборванного воробья,
Которого ветер то гладит, то треплет.
Все-таки жизнь похожа на зебру...
Нежность...Отчаянье...
Улыбка...Усмешка
(чуть-чуть с ежидцей):
Старый Кот Граф спит, спернувшись,
И положив голову на лапы.
Солнечный луч проскальзывает
Сквозь занавеску.
Кот лениво потягивается
И закуривает сигарету.
Нежность...свет уличных фонарей
Проникает сквозь оконное стекло
И едва освещает твое лицо...
Нежность... не пора ли вышвырнуть ее,
Как надоевший окурок?
Кажется, даже не будет больно...
Но когда я закрываю глаза,
Передо мной вновь возникает твое лицо
И я едва прикасаюсь губами
К твоим ресницам...

Владьку кто-то окликнул из соседней комнаты. Она отодвинулась от беспокойной темноты за окошком. На стекле остался влажный след. От жары хотелось пить. Она прошла в комнатенку и попросила воды. Парень, с которым она больше всех цапалась, подал ей большую эмалированную кружку. Она схватила ее, отхлебнула большой глоток, и ей обожгло горло. Вместо воды ей подали спирт...
Владька плохо помнила, что было дальше, как она, падая в сугробы, добиралась до соседнего вагончика. Она очнулась от неприятного ощущения, что по ней кто-то шарит. Еще не приходя в себя, сквозь сон она спросила:"Кому и какого черта от меня нужно?". Видимо, в ее словах было столько злости, что через пару минут, когда она окончательно очнулась, в вагончике уже никого не было. В комнате было темно и воняло перегаром. Владька поднялась и включила свет. Возле кровати была большая куча блевотины. Здесь же валялась чья-то чужая майка. Свои джинсы и свитер она обнаружила рядом. Она натянула джинсы, уселась на край стола и начала причесываться. Ее длинные волосы были безнадежно перепутаны. Она с трудом влезала в них расческой, начиная с самы концов, волосы рвались, и ее сердце постепенно наполнялось яростью. Ей хотелось швырнуть парня лицом в кучу блевотины, на глазах у всех, но это было слишком сложно. Парень был здоровенным верзилой, и маленькой Владьке не удалось бы, наверное, его свалитьдаже с помощью тех приемов, которым когда-то в детстве ее учил дядя... Да и вообще не имело никакого смысла далее здесь оставаться и кому-то что-то доказывать.
-----------
Собираясь в экспедицию, Владька мечтала о засыпанных снегом горных склонах и затаившихся лавинах. Она уже закончила первый курс геофака , умела обращаться с нивелиром и теодолитом. Но здесь приборы дали парням, которые видели их впервые в жизни, а Владьке дали кастрюди, и при этом начальник отряда объявил, что отныне они будут "принимать пищу из Владиславиных ручек". Владька при этом обиженно прикусила губы. Готовить и мыть посуду она не любила и не умела. Выросла она без отца, с матерью и бабушкой. Мать работала директором школы и с утра до вечера пропадала на работе. Готовила всегда бабушка, а Владька была в доме за мальчишку. Она колола с мамой дрова, возила на речку корзины с бельем - зимой на санках, летом на своем велосипеде... И больше всего на свете она любила очищать весной от снега крышу старого дома, в котором она жила с тех пор, как себя помнила. Этой работы хватало на целый день, и под коенц от нее начинала ныть спина. Но зато внизу вырастала огромные сугробы, прыгать в которые было ни с чем не сравнимым удовльствием. А когда золотистый закат тускнел и на небе загорались первые звезды, от которых тоже, казалось, пахло весной, Владька шла, наконец, домой, и бабаушка наливала ей тарелку горячего, невероятно вкусного супа...
А здесь Владьке вручили деньги на питание и предоставили самостоятельно решать, как накормить 15 человек. В первый день она выдала макароны по-флотски, которые научилась делать в походах, и суп из концентрата. На следующий день меню осталось без изменений, а на третий с нее потребовали пшенную кашу. Бабушка ее варила чудесную кашу, но секрет ее приготовления остался для Владьки тайной за семью печатями. Когда мужчины вернулись со снегомерных работ, в кастрюле была только сырая крупа, плававшая в воде. И с этого дня начались конфликты.
Нельзя сказать, чтобы Владьку не пытались учить. Пытались, и кое-что из нехитрых кухонных секретов она понемногу постигала. Но парни возвращались со снегомерных работ, раскрасневшиеся от мороза, и начинали хвастать, как маленькие лавинки уходят у них прямо из-под ног. И Владькино сердце наполнялось завистью и горькой обидой. По временам ей начинало казаться, что в мире не существует ничего, кроме крохотной прокопченой кухоньки и проклятых кастрюль, и когда она выскакивала на пять минут на крыльцо и видела занесенные снегом горы, совершенно реальные, настоящие и совсем близкие, они все еще казались ей сказкой, сном наяву.
Через неделю у нее стали растрескиваться руки. Она попросила, чтобы парни по-очереди мыли посуду. Взамен она согласна была сама колоть дрова для печки. Ей заявили, что колоть дрова - не женское дело, для этого в экспедиции достаточно ребят. А этот... этот тип вдобавок прочел ей лекцию о том, что женщина должна уметь и людить готовить, что женщине должна доставлять удовольствие, когда мужчины сыты. Владьку эти слова приводили в бешенство. Вообще-то в свои семнадцать лет она часто забывала о том, что она не мальчишка. Но уж если следовало согласиться с тем, что она не мальчишка, то все равно не женщина, а девчонка. Владька не имела ни малейшего желания считать себя женщиной. А больше всего ее бесили двусмысленные шуточки. Особенно изощрялся этот тип. Владьку так и подмывало в ответ на его очередную "остроту" шарахнуть ему по морде...
А сейчас Владька сидела на столе, в джинсах и майке, босая. Расчесанные с великим трудом волосы рассыпались, прикрывая острые крепкие плечи гимнастки, худенькие сильные руки. За окном забрежили утренние сумерки. Пожалуй, стоило поторопиться. Она натянула свитер, носки, башмаки с резьбой и начала складывать вещи в рюкзак. оставалось решить, как быть с котом. Метель кончилась пару часов тому назад, дорога через перевал была небезопасной, и Владьке было жаль братьс собой в такой путь своего любимца. В конце-концов, кота-то здесь бы никто не обидел... И все же...
Владька стащила с постели простыню и потянула к себе кота. Кот промырлыкал что-то спросонок. Владька завернула его в простыню, а потом крепко привязала к себе, заткнув концы узлом за спиной Сверху она натянула на себя телогрейку, сперла первые попавшиеся лыжи и вышла на улицу. Мороз щипал щеки. Сумерки немного рассеялись, утро обещало быть ясным. Владька закрепила лыжи и по рыхлому снегу направилась в сторону перевала, через который ей еще ни разу не приходилось ходить...
Угли в печке постепенно угасали. Владька поднялась со стула, привычным движением гимнастки вышла стойку на руках, сделала несколько шагов , и прыгнула обратно на ноги. Но не почувствовала той особенной радости, которуюона всегда при этом испытывала. Она прилегла на кровать рядом с котом, и, зарывшись лицом в пушистую шерсть , пробормотала:"Ну, что, брат, выгонят нас с тобйо теперь отсюда?". В памяти ее возникла Москва, университетские колонны... Впрочем, в Москве до начала следующего учебного года, пока не кончится ее академический отпуск, торчать было бессмысленно. Оставалось попробовать устроиться в какую-нибудь другую экспедцию. А пока найдется место, может быть, случайно доведется где-нибудь встретить Графа. Впрочем, он, наверное, уже женился, и в таком случае все теряло свое значение... И все-таки, пока оставалась хоть капля надежды, поездка в Москву, помимо неудобств, таила в себе какую-то прелесть, хотя, может быть, немного горькую...
Владька стянула с себя джинсы и свитер, залезла под одеяло и уснула, обняв кота, который пристроился у нее на подушке.
Tags: Мои рассказы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments